Игорь Сидорук: мы никогда не знаем, что с нами будет завтра

Опубликовано vasilissa - ср, 04.04.2018 - 12:50

Маленький город продолжает удивлять меня людьми. Однажды Игорь прислал мне сообщение, что в его руки попала моя книга. И он уверен, что у Бога есть живая коллекция любовно, со вкусом и знанием дела, отобранных родственных душ, и кажется, мы там вместе.

Игорь − писатель, драматург, поэт, фотограф. Мы встретились в чудо-кофейне маленького города, чтобы поговорить о жизни и творчестве.

девушка и лошадь

− При первой нашей встрече ты подарил мне свой сборник рассказов. Я знаю, что ты также писал пьесы, стихи, а сейчас занимаешься фотографией. Расскажи про эти этапы твоей жизни. Как происходила эта трансформация?

Такие определения себя как фотограф, дизайнер, архитектор, бармен, наверное, всегда немного узки, потому что в любом человеке живет несколько ипостасей, сущностей. И когда мы зацикливаемся на каком-то одном направлении, то всегда какая-то из наших внутренних сущностей страдает. Хоть они должны как-то уживаться друг с другом.

Я же сам, занимаясь той или иной творческой деятельностью, всегда ориентировался на ощущение супер-кайфа, драйва… – того состояния, когда тебя прет. Сначала это была литература. Ещё в школе, чтобы не изучать авто-дело, я на медкомиссии прикинулся дальтоником, и от занятий меня освободили. На этот час я уходил в скверик,  в какие-то разваленные здания и писал стихи. Про осень, дождь, влюбленность. После школы я поступил в Белгосуниверситет на филфак. Мне безумно нравилось создавать миры, личности, привычки. Я в этом жил, я в этом купался, и к моему большому счастью, это осталось во мне и сейчас.

Помню свое первое стихотворение, которое опубликовали во всесоюзном журнале «Меридиан». Я испытал шок и радость одновременно. Журнал на то время выходил какими-то неимоверными миллионными тиражами. Стипендия тогда была 40 рублей, а гонорар за это одно стихотворение − 25. Я тогда всё это сложил, и подарил себе поездку в Прибалтику.

Позже я погрузился в драматургию. После окончания университета меня распределили в деревню Хоростово Солигорского района. В деревне было три варианта досуга. Пить самогонку, смотреть телевизор (которого у нас тогда не было) и писать. Я чередовал первое и третье. Первая пьеса, которую я написал, была детская. Добрая, душевная, называлась она «Кветкi пад лiўнем». Потом эту пьесу растянули любительские детские театры.

А уже более серьезная вещь «Галава» писалась в состоянии потока, когда ты только берешь ручку, а пьеса пишется сама. Я показал ее своим друзьям-литераторам. Им понравилось, но они сказали, что ее никто никогда в жизни не поставит. Потом развалился Союз, по сути, стала стремительно меняться вся эпохаВ Минске открылся театр «Вольная сцена», я отправил им эту пьесу и успешно о ней забыл. А буквально через неделю мне ответили, что театр готов ее поставить.

Я помню первую постановку в 1992 году. Никогда не забуду, как одна половина зала была от происходящего на сцене в полном восторге, а вторая половина демонстративно вставала и уходила. Зал был небольшой, на человек 100-150. В итоге осталось человек 80. Потом режиссер мне сказал, если люди уходят − это успех. Значит, они восприняли материал. Не заснули. Отреагировали на него.

− Что было дальше?

Потом долгое время я работал в Брестском театре кукол, заведующим литературной частью. Были также постановки на сценах других театров.
И этот литературный период, который продолжался со школьных лет до лет 35, вдруг закончился.  Помню тот вечер, когда я писал рассказ, и у меня было четкое ощущение, что вот.., сейчас допишу до точки, и это будет точка в литературе. Так и случилось. 

 

последний роман


− Тебе стало страшно? Что вот, литературы у тебя больше нет…

 У меня было четкое ощущение неминуемости этого. Потом я стал задавать себе вопрос: а что дальше?  Честно скажу: да, было страшно, что все закончилось. Вообще все. Обрыв. Я понимал, что эту паузу, эту пустоту нужно чем-то заполнять.

В то время я вставал с утра, завтракал, подходил к одному окну, стоял так час, переходил в другую комнату, смотрел в другое окно. Так проходил мой день. Это было по-настоящему жутко… Я даже чувствовал, как подо мной движется земля.

 

пустота


И всё-таки, в один прекрасный момент я сказал себе, что хватит. И стал искать себе занятия. Даже розы выращивал на балконе.


Потом я закупил партию cd-дисков. Оформил предпринимательство и стал торговать. Помню свой первый торговый день. Я простоял с утра до обеда и ничего не продал. Взыграло мужское самолюбие, что я смогу, я сделаю, я добьюсь цели. Я буду торговать и получать деньги, кормить себя и семью. И так оно и случилось. Со временем у меня даже появился интернет-магазин. Но позже пришлось его закрыть… Торговля закончилась. И опять я не знал, что делать дальше.

− В этот период ты вообще забыл о творчестве?

Да, в те годы – творчества в моей жизни не было вообще. Иногда приходила мысль, а точно ли я делаю то, что должен, что мне велено, предназначено. Но, задумываться об этом было некогда. Я отправлял заказы по всему миру и весьма удивлялся, когда видел, что мой сайт появляется в третьей строчке гугла.

И вот опять наступило затишье. 

осень


Тогда как раз началась популярная волна саморазвития, семинаров, вебинаров. И мне на глаза попался курс питерского коуча Антона Монина «Стиль жизни». Я его приобрел в надежде, что моя жизнь изменится. И вот, как-то выполнял простое вроде бы задание. Нужно было за один присест, без остановки выписать на бумагу 100-300 своих желаний. Абсолютно все желания, которые живут в тебе. И вот, когда я весь со своими желаниями вытек на бумагу, из написанного в голове осталось только одно: «Я хочу фотографировать детей». Подумал еще тогда: каких детей, какое фотографировать?! Фотоаппарат в руках последний раз я держал еще в школе.

В это же время, чтобы как-то зарабатывать на жизнь, я устроился в редакцию газеты «Кобринский вестник». У них тогда не было ставки простого корреспондента, и меня оформили как фотокора. И вот в один день меня вызывает редактор и говорит, бери фотоаппарат и снимай репортаж.  Я говорю, стоп, мы так не договаривались. А он, ничего, – давай вперед.

Первые мои снимки были откровенно плохи. Но потом я подумал, как так, мне доверяют работу, дают задания, а я их так успешно проваливаю. И я сказал себе, что через год не я буду бегать и спрашивать, как исправить настройки в камере, а ко мне будут бегать, и я стану лучшим фотографом в редакции. Стал я лучшим в редакции или нет, не знаю. Но через год у меня действительно спрашивали, как лучше что-то снять.

И тогда я вспомнил о своём желании… Подумал, раз оно выплеснулось из меня и только одно и запомнилось, значит я действительно этого хочу. Я пошел в парк на детскую площадку и стал щелкать мам и детишек. Мне это нравилось, и даже некоторые за это платили деньги. Через два года я ушел из газеты – всё-таки все официальные структуры для меня тесны.

Так что на данный момент я – свободный художник...
 

млынар


− Расскажи про свои авторские фото-проекты…

Для меня важно, чтобы в проекте была тема, идея. Мне хочется рассказать историю с определенным подтекстом, чтобы каждый человек, глядя на эти снимки, увидел что-то свое. И в этом как раз пригодилась литература и драматургия. Фотопроект − это как трейлер фильма. Не обязательно, чтобы вся история была полностью понятна, иначе нужно показывать 30-40 картинок, которые никто не станет смотреть. Пятью-семью кадрами можно рассказать очень сильную историю.

Часто считают, что искусство – это переживание, чувства, эмоции.  Но мне лично нравится то определение, которое даёт искусствовед Алексей Шадрин: искусство – это образ. Нет образа, нет искусства. Это определение – мой ориентир. Образ может быть шокирующим, неприятным, странным, возвышенным, но если он есть, то работа запомнится.

Сейчас у меня рождается идея создать новый цикл. Пока он условно называется «Вершаказы» – видеоряд, на фоне которого я читаю стихи. Это идея не новая… Но она меня зацепила. А если цепляет, нужно делать – однозначно. И неважно, ново это или нет. Наш проект все равно будет уникальным, т.к. каждый из нас транслирует свой уникальный мир.  

− Многие сейчас говорят о том, что в первую очередь нужно убедить себя, что ты писатель, фотограф, чтобы плодотворно творить. Ты согласен с этим?

Мне кажется, нет смысла себя изначально так мотивировать. Со временем это происходит само собой: осознание себя, своей творческой уникальности. Да еще когда при этом понимаешь, что твое занятие тебя должно кормить. Когда-то я себя жестко позиционировал именно детским семейным фотографом, поскольку ориентировался на эту аудиторию, и при общении, звонках я отвечал: «фотограф Игорь Сидорук вас слушает». Внутри меня устанавливалась определенная планка. Появлялась установка, что сейчас я фотограф, а все остальное в стороне. Позициирование себя помогает чувствовать себя в осмысленности.

− Можешь рассказать о своей жизненной цели? Ты сформулировал ее для себя?

А вот тут честно скажу: глобальной жизненной цели – у меня нет. Я о ней каждый день думаю, но не могу ее осознать. И сначала меня это приводило в уныние, но потом я понял, что все люди разные. Есть такие, которым нужна одна цель-глыба. А есть те, кому интересно движение, потоковость. Они, как паучки-водомерки, остановились на одном месте, осмотрелись, устремились в одну сторону, потом – в другую. Эта траектория непредсказуемости тоже кайфовая.

Одно из моих любимых выражений по жизни: «Мы никогда не знаем, что будет с нами завтра». Я выхожу на улицу и понимаю, что сегодня я вдохнул совершенно иной воздух. Такого воздуха больше не будет. Нужно ловить это ощущение, эмоции, лица прохожих. И если у тебя вот прямо сейчас – есть здоровье, есть желание, есть улыбка на лице, нужно делать, создавать. Нет – пересиди. Иди в парк, посиди на скамейке, заройся в кучу листьев, вдохни мох. 
 

девушка и луг

− Как поймать ощущение, когда точно знаешь, куда тебе следовать?

Это наша внутренняя чуйка. Та сонастроенность со Вселенной, которая у каждого человека уникальна.

− Как не потерять эту связь?

Слушать и слушаться. Потому что, если не послушаешь этот зов, тебя все равно будут за собой вести. Будут приводить туда, куда нужно – иными способами, возможно, болезненными ударами. Мы никогда не болеем просто так. Чаще всего причина в том, что мы кому-то, чему-то изменили. И в первую очередь – себе. Сделали что-то против своей сущности.

Например, если ты обратил внимание на человека, который на самом деле не твой, но ты по каким-то причинам всё равно говоришь «хочу!». Рано или поздно ты получишь по лбу.

− А как понять, твой ли это человек?

Обними его.  И сразу поймешь, твой или нет. Либо понюхай. Иного способа нет. Когда два мира соприкасаются, люди понимают, подходят ли они друг другу. Ну, это мой способ. Он основан на самом глубинном, что есть внутри нас.  

− Как не уничтожить себя в периоды творческого застоя?

У каждого человека бывает период, когда ему кажется, что все, что он создал – полная ерунда, это никому не нужно и все нужно уничтожить. В этот момент нужно сказать себе стоп! Переключись. Ничего не делай. Оставь то, что тебя мучает. Не порти. Помогает любая физическая нагрузка. Очень важно при этом остаться одному, не брать никого за компанию, потому что ты будешь поневоле переключаться на людей. А когда ты один, у тебя такая пространственная медитация.

Я сам в такие периоды люблю уехать на озеро Каташи, чтобы часа три выгуляться возле воды. При этом могу выдохнуться физически, но сознание всегда перерождается. Все, что было черным, уже не кажется таким. На какие-то вещи начинаю смотреть иначе, на какие-то – совсем не обращаю внимания.

Да, бывают такие моменты, когда ты придумал что-то, и тебе казалось, что это круто, а оно не стреляет. Ты смотришь на реакцию, на оценки, и думаешь, что сделал что-то не то. Твоя первая реакция – уныние, мол, все, наверное, зря.
 
На такие случаи у меня есть крючок – даже если ты пришел не туда, все равно хорошо, что ты это сделал. Главное понять, что в этой точке ты не останешься, что надо идти дальше. Путь никогда не бывает прямолинейным. Время становится лучшим судьей. И эта точка, которая сейчас кажется ошибкой, через год, через два, возможно, окажется твоим лучшим произведением. Ты пока не можешь этого знать.

 

девушка


− Скажи, жизнь в маленьком городе ограничивает тебя или помогает? Насколько вообще декорация ежедневной жизни важна для того, чтобы создавать?

Если декорации надоедают, их нужно менять. А если мы их не замечаем, не потому что глаз замылился, а потому что они очень гармонично вписались в нашу жизнь, значит все правильно и хорошо. Я живу в Кобрине всю жизнь. Здесь у меня есть ощущение укорененности. Человек – это дерево. Корни – в глубине, в прошлом, это то, что держит нас в земле. Ствол – это то, что мы есть сейчас. И крона – наши идеи, устремления. Ощущение того, что ты живешь в правильном для себя месте, живет внутри нас. Это ощущение спокойствия.

Конечно, за более глубоким культурным миром нужно ехать в другие города, ходить по театрам, галереям, музеям. К счастью, сейчас благодаря интернету определения больших и малых городов постепенно размываются.

− Ты пользуешься какими-то инструментами планирования, тайм-менеджментом?

Нет. У меня ничего получается, сколько бы я не пытался. Зато есть обязательный вечерний ритуал. Вечером я записываю в отдельный блокнот пять моих успехов дня. Из разных жизненных сфер: cнял что-то интересное, пообщался с кем-то, получил деньги, отжался от пола 50 раз. Когда проходит год, листаю эту тетрадь и удивляюсь, на что я оказываюсь способен. Мы всегда готовы на что-то большое, но порой мы об этом забываем.

Еще всегда выделяю одну задачу для следующего дня. Только одну, самую важную. Чтобы сфокусироваться на ней. Желательно выполнить ее в первой половине дня, с утра.

Мне нравится планировать день, не расписывая его по пунктам, а блоками. Например, первый блок – творчество, второй блок – общение, интернет.., третий блок – обучение и т.д.

У Молчанова – известного московского сценариста, я взял на вооружение пользоваться ритуалами. Перед любым серьезным делом, писательством я совершаю один из таких небольших ритуалов. С его помощью я отрезаю от себя все лишнее. Моя писательская норма – 2,5 страницы в день, не больше. Больше нельзя. Нужно остановиться тогда, когда ощущаешь, что можешь еще написать хотя бы абзац. А уже после работы я подхожу к зеркалу и хвалю себя: «Какой же я молодец!»

− Чем работа с детьми отличается от работы со взрослыми?

С детьми нужно работать, как и со взрослыми, только на порядок серьезнее. Работа с детьми хороша тем, что ты не можешь сфальшивить. Ты просто не имеешь на это право. За каждым взрослыми чаще всего тянется шлейф из иронии, сарказма, цинизма, у детей, к счастью, этого нет.
Фальшивые дети – это преступление. Например, дети на фотографиях утренника в детском саду, где они стоят по струнке. Дети потом даже не хотят смотреть на эти фото, потому что знают, что они на самом деле не такие.

У меня самого было очень свободное детство, я жил у бабушки, мог целый день воевать с травой, вымазываться в грязи и был абсолютно счастлив.

 

деткидевочка и подсолнух


− Есть такое выражение, что это не фотограф выбирает кадр, а кадр выбирает фотографа. Тебе оно близко?

Смотря, что снимать. Есть ряд чисто коммерческих съемок. Когда нужно сделать кадры, которые будут по душе заказчику. Ты должен снять его так, чтобы после фотосессии его самооценка повысилась. Для меня съемка прошла успешно, когда клиент потом говорит: «Боже!Неужели это я?» Такая реакция лучше любых денег.
 
При этом для меня важно даже в заказных съемках оставлять место для свободного творчества. То, что просится из души. Оно всегда чуть выше и правильнее, чем то, что от тебя ждут. Обычно я оставляю минут 15 для такой свободы, и даже говорю клиенту, что сейчас мы будем делать что-то для вас возможно странное, необычное.

− Назови три вещи, за которые ты больше всего благодарен жизни.

Я отвечу немножко по-другому. Как-то перед сном я задумался: вот если завтра я не проснусь, о чем бы вспомнил сейчас, оглядываясь на свою жизнь, о каких трех вещах? Я не знаю, как они будут звучать завтра, не знаю, как они будут звучать, когда такое случится. Но сегодня эти три вещи звучат так. Я благодарен за то, что мне был дан дар писать прозу, что я фотографировал детей, и что я любил и умел любить самых дорогих для меня людей.

 

 

Фото: Игорь Сидорук

Группы Игоря Вконтакте: Творческие фотосессии Игоря Сидорука;  
                                             Детский фотограф Игорь Сидорук.